Артем Никитин,
адвокат:

"Психиатра Балуева сделали крайним в ситуации с «борским стрелком». Он не должен отвечать за несовершенство системы"

28.12.2021 14:20

В Нижнем Новгороде начали судить психиатра Виталия Балуева за то, что он не выявил симптомы психического расстройства у «борского стрелка». По мнению следствия, врач допустил преступную халатность (ч.3 ст.293 УК РФ), в результате чего 18-летний нижегородец Даниил Монахов получил документ на владение огнестрельным оружием, а затем расстрелял несколько человек. Инцидент произошел 12 октября 2020 года в деревне Большеорловское Борского района, погибли четыре человека. Сам стрелок был найден мертвым, на его теле обнаружили следы огнестрельного ранения. Мнение стороны защиты врача приводит адвокат Артем Никитин.

— Мы считаем, что причинно-следственная связь между гибелью людей в результате действий Монахова и тем, что он прошел осмотр у Балуева, отсутствует. И по большому счету к уголовной ответственности привлекается заведомо невиновное лицо.

Симптомы возможной болезни Монахова не названы

— Сторона обвинения не указывает, какие симптомы предполагаемого психического расстройства имелись у Монахова на момент его осмотра Балуевым, которые врач должен был и мог бы объективно выявить. В этой части обвинение лишено фактических оснований.

Экстремистские намерения и посмертная психологическая экспертиза

— На втором заседании, которое состоялось на прошлой неделе, исследовались письменные материалы дела. Прокурор начал их оглашать. В числе прочего был момент, связанный с наличием сообщений из школы №101, где учился Монахов, о том, что у него имеются экстремистские намерения в подражание «керченскому стрелку» (Владислав Росляков совершил массовый расстрел в Политехническом колледже в 2018 году, в результате погиб 21 человек – прим.ред.). Стало известно, что органы внутренних дел принимали информацию, но не нашли ей подтверждения. Хотя согласно материалам дела в отношении Монахова, которое было прекращено за смертью обвиняемого, в своих действиях он руководствовался именно экстремистскими мотивами и мотивами подражания массовым убийцам.  В то время как какие-либо отклонения психического характера вообще когда-либо у молодого человека не фиксировались. Ни в школе, ни в ходе планового осмотра подростковым психиатром и психиатром государственного диспансера психиатрической больницы №2 в 2019 году. Ни при осмотре в военкомате за месяц до осмотра у Балуева, там тоже была медкомиссия, куда входил психиатр. Монахов на учете у психиатра не состоял. При поступлении в училище эти сведения также запрашивались. Без них его не приняли бы в учебное заведение. В принципе какая-то клиническая картина у Монахова отсутствовала в течение всей жизни. И она, естественно, отсутствовала на момент осмотра у Балуева.

Кроме того, был исследован ряд судебных экспертиз. Среди них — посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении Монахова, которая проводилась по делу об убийстве, то есть имеет совершенно иной предмет доказывания и к делу Балуева прямого отношения не имеет, поскольку не устанавливает психический статус Монахова на момент производства осмотра Балуевым. Но этой посмертной экспертизой установлено, что Монахов являлся вменяемым и что у него интеллектуальная, волевая, эмоциональная стороны не были поражены. То есть деяние, которое совершил Монахов (убийство двух и более лиц и причинение тяжкого вреда здоровью двум лицам путем огнестрельного повреждения), не находится в причинной связи с психическим расстройством, которое у него было установлено постфактум. Кроме того, психическое заболевание могло находиться в стадии компенсации, т о есть не иметь объективного проявления во вне в виде каких-либо симптомов.

Исследование письменных материалов продолжится после Нового года.

Сторона защиты придерживается активной защитительной позиции. Мы акцентируем внимание на различных аспектах доказательств, которые подтверждают непричастность Балуева и отсутствие объективного вменения Балуеву статьи. Ведь если человек 18 лет находился под надзором родителей, школы, училища, военкомата, и у него ничего не было выявлено, то как можно говорить о том, что Балуев должен был у него выявить какие-либо признаки психического расстройства и симптомы расстройства поведения, проведя осмотр?

Нет нормативного регулирования

— Кроме того, в настоящее время отсутствует нормативное регулирование подобных осмотров психиатром при получении оружия с точки зрения объема, полноты, последовательности действий, которые должен, обязан психиатр произвести. С этой точки зрения обвинение, конечно, беспредметно.

Не должностное преступление

— В деле имеются представленные стороной защиты вступившие в законную силу решения арбитражного суда Нижегородской области апелляционной инстанции о лишении лицензии медицинского центра «Эксперт» как коммерческой организации, где проводили осмотр Монахова. Из этого следует, что Монахова осматривал сотрудник коммерческой организации. И именно коммерческая организация допустила нарушение лицензионных требований в части оформления медицинской документации и так далее. Сотрудник коммерческой организации не является субъектом должностного преступления по закону. В обвинительном же заключении Виталий Балуев фигурирует как врач больницы №2, в связи с чем ему предъявлено обвинение по «должностной» статье «халатность», которая в принципе не может быть к нему применима.

Оружие хранилось не по месту регистрации

— Оружие Монахов взял в доме у бабушки на Бору, где оно не должно было храниться. Если бы за этим следили ответственные органы, то Монахов на Бору никого бы не расстрелял. 

Сделали крайним

— Все наши доводы суду предоставлены. Мы ходатайствовали о возвращении дела прокурору для прекращения последующего уголовного преследования Балуева. Но суд оставил без удовлетворения данное ходатайство, на наш взгляд, немотивированно. А органы прокуратуры, которые должны отслеживать законность уголовного преследования, от этой функции уклоняются либо игнорируют, иначе непонятно, с чем это связано.

Поэтому мы считаем, что Балуев незаконно сделан крайним в этой ситуации. И он не может нести ответственность за несовершенство системы отслеживания поведения человека на всех этапах его жизни. При этом предпосылки экстремистской деятельности могли быть выявлены у Монахова, и это задокументировано. В то время как, повторюсь, какие-либо отклонения психического характера у него никогда не фиксировались.

— Вы прокомментируете, какая может быть подоплека, как вы говорите, привлечения невиновного?

— При том, что уже сказано, это, наверное, тренд последних нескольких лет, когда в отношении врачей различного профиля осуществляется уголовное преследование без достаточных к тому оснований. Эти дела находятся на контроле у главы следственного комитета. И, как правило, они характеризуются правовым нигилизмом при расследовании, не всегда там имеет место обоснованное обвинение. Врачи в принципе находятся сейчас под угрозой, и здесь может быть создан опасный прецедент, который может повториться, учитывая, что нормативного регулирования нет у рассматриваемой ситуации.

— Может ли это дело, наоборот, сподвигнуть органы государства к нормотворчеству в сфере медосмотров?

— Это один из аспектов законотворческой деятельности. Я думаю, что уполномоченные органы отслеживают реакцию. Думаю, что да, может сподвигнуть. Но хотелось бы, чтобы не ценой судьбы Балуева. Уголовное преследование в отношении него осуществляется незаконно. Здесь нельзя выносить обвинительный приговор, будем добиваться полного оправдания Балуева. И лучше бы дело врача с точки зрения государственной политики получило адекватное нормативное регулирование. Мы очень рассчитываем на поддержку общественности. Нельзя допустить расправы над человеком.

Напомним, о нюансах выдачи медицинских справок ранее ИА «Говорит Нижний» рассказывал практикующий психотерапевт Николай Пашков.

Фото: vk.com/id278120336.

0

Автор публикации

не в сети 10 часов

govoritNN

1
Комментарии: 0Публикации: 3334Регистрация: 04-09-2020