Роман Кряжев,
Журналист:

"Привалова пытались использовать в качестве «крючка на Кондрашова», причем дважды"

30.07.2021 18:38

История с «взяткой за крематорий», которая изначально имела явный политический окрас, подошла к логическому и довольно жесткому финалу.  По версии следствия, Олег Кондрашов (на тот момент сити-менеджер) и Владимир Привалов (на тот момент его зам) получили 17 млн рублей от московского бизнесмена Мамуки Лосаберидзе за организацию в Нижнем Новгороде похоронного бизнеса. Посредниками «сделки» были, по той же версии, доверенные лица экс-чиновников —  Юрий Гришин и Сергей Муравлев. Олега Кондрашова, уехавшего в США,  суд так и не дождался. А вот его «подельник» Владимир Привалов был приговорен на днях к восьми годам тюремного заключения и к штрафу в 170 млн рублей. Гришин и Муравлев (они, как и Привалов, вину не признали) получили соответственно 7 и 7,7 лет реального срока. Насколько неопровержимы доказательства их вины? И кому понадобилось доводить это дело до судебных приговоров? На эти вопросы мы пытаемся ответить с помощью нижегородского журналиста Романа Кряжева, который следил за делом о «похоронной» взятке.

— Роман, сейчас Привалов, Гришин и Муравлев будут обжаловать этот приговор – у них ведь шансов практически нет?

-Я бы так не сказал. Доказанность их вины довольно сомнительна. Например, Гришин, который считается близким к Кондрашову предпринимателем, — его обвиняли в том, что он взял 5 миллионов за так называемый «входной билет» – чтобы Лосаберидзе смог зайти на нижегородский рынок и что-то начать зарабатывать на кладбищах, строить крематорий. То есть за покровительство со стороны администрации. По версии обвинения, Лосаберидзе передал Гришину 5 миллионов рублей наличными, встретившись с ним в гостинице «Ока». Но никаких доказательств этой передачи, кроме слов Лосаберидзе, вообще нет. Прокуратура запросила данные у гостиницы «Ока» – а там пропускная система, идет фиксация всех, кто со стороны приходит, — и получила ответ, что Гришина в указанные дни там не было. Единственное, за что обвинение «зацепилось», — так это за то, что Гришин оказался в кафе за соседним столиком во время встречи Привалова и Лосаберидзе. Гришин к ним подсел, они поговорили. Все это зафиксировали Лосаберидзе и сотрудники ЧОПа, работавшего на Сорокина. Такое ощущение, что в Нижнем Новгороде Мамука Лосаберидзе на все встречи ходил с мини-диктофоном, которым его снабдили в ЧОПе, и всех писал. В том числе и Кондрашова, и сотрудника УФСБ Сомова, который с ним встречался по поводу компромата на «городских». Но из материалов дела прямых улик, кроме показаний «взяткодателя», против Гришина нет. Мне кажется, его включили в уголовное дело скорее для того, чтобы Кондрашова «зацепить» через близкого по жизни и коммерции человека.

 — А по Кондрашову ясность в этом деле есть, на твой взгляд?

 — А вот с Кондрашовым ситуация вообще очень странная. Лосаберидзе «поймал» его в центре Нижнего Новгорода, заблокировал его автомобиль, сел к нему в салон и начал предъявлять претензии: почему, дескать, твои люди не выполняют обязательства, не помогают… Косвенно угрожал, говорил, что знает, где живут его семья и дети. Кондрашов якобы не понимает, о каких именно деньгах идет разговор, обещает разобраться… И через какое-то время в Москве возвращает Лосаберидзе 24 миллиона, которые  тот просит обратно! Казалось бы, зачем ему идти на такой шаг, если он не при чем, если он не брал взятку? У Кондрашова ответ: тогда ведь были серьезные проблемы с импичментом, плюс шло первое уголовное дело против его зама Привалова (по котельным ТЭК-НН), где под него тоже «копали». Якобы Кондрашов посчитал, что в текущей ситуации ему проще отдать деньги, решив проблему с «наездом», – а потом уже разбираться, что к чему (я слышал такую версию). Он ведь реально испугался, когда его, главу администрации, крепкие ребята зажали двумя машинами, выпроводили из салона охранника, а Мамука начал вести жесткий «базар». Но насколько эта версия соответствует действительности – я не знаю.

 — Что касается Привалова, то его вина объективно доказана?

 — Не знаю, прямых доказательств его вины и получения денег от Муравлева или Гришина, которые осуждены как посредники, в деле тоже не было. Многое строится на показаниях Лосаберидзе и на скрытно сделанных им записях  бесед о неких деньгах и неких обязательствах чиновников… При этом его фирма «Континенталь», заходившая в Нижний Новгород в 2011 году, официальных отношений с мэрией так и не имела, землю под крематорий оформить не смогла.  Передача какой-то единственной  суммы и пересчет налички Муравлевым были засняты скрытой камерой. Но этот предприниматель, давний друг Привалова, утверждал, что Лосаберидзе заплатил ему пару миллионов как частному лицу за помощь в продвижении инвестпроекта. Суд решил, что совокупности показаний «инвестора» вкупе с записями бесед вполне достаточно.    

 — Есть еще записи, сделанные ЧОПом Олега Сорокина – вся эта доказательная база была собрана еще в те времена, когда Кондрашов был сити-менеджером… Почему она использована сейчас, а не тогда?

— Насколько я знаю, первая попытка была предпринята в 2015-2016 годах, но тогда в СК не нашли оснований для возбуждения уголовного дела.  Видимо, улики показались слабоваты. А в 2018 году эти «материалы» уже выстрелили, причем  их передали на уровень повыше, следователям окружного аппарата СК.  Вот тогда уже дело было возбуждено. Почему у силовиков сработала вторая попытка? Наверное, была какая-то подоплека, связанная с демонтажем предыдущей политической команды. Кондрашов, конечно, к тому времени сам ушел из политики, его срок полномочий в администрации Нижнего Новгорода истек.  Но, возможно, где-то в верхах его сочли потенциальной угрозой перед выборами губернатора. Возможно, было опасение, что он пойдет на эти выборы или сможет как-то помешать команде Никитина…  

 — Тем более что у него тогда оставался под контролем ряд СМИ, включая «Волгу»… 

 — Видимо, ему нравилось держать вот этот «медийный кулак» – и, возможно, владение холдингом тоже сыграло  определенную роль…

 — Дело против Привалова можно назвать «крючком», который нужен был, чтобы поймать Кондрашова?

 — Думаю, что если бы была реальная задача, Кондрашову не дали бы уехать в США. Хотя, возможно, это все решалось впопыхах: он в 2018 году уехал, а спустя пару месяцев силовики спохватились: «Где же у нас Олег Александрович»…  Я допускаю такой вариант, что он действительно уехал на лечение, и так совпало, что вскоре после этого возбудили уголовное дело. И он, естественно, решил не возвращаться. А Привалова действительно пытались использовать в качестве «крючка на Кондрашова» – причем дважды. Первый раз –  когда его обвиняли в том, что администрация продала по заниженной цене котельные ТЭК-НН. От Привалова еще тогда требовали дать показания против Кондрашова, но он их не дал — и себя считал невиновным в той ситуации.  

 — Можно сейчас говорить о том, что Привалов будет сидеть за Олега Александровича?

 — Нет, он будет сидеть только за себя. Что бы там ни было, он с Лосаберидзе встречался раз десять в разных ресторанах, вел какие-то сомнительные переговоры. Судя по записям, это был треп, который можно интерпретировать и так, и эдак. Привалов утверждал, что речь шла об инвестициях в город, обвинение говорило: нет, это вы взятки себе просили. Что касается Кондрашова, то такое впечатление, что он встреч с Лосаберидзе избегал, хотя тот приезжал к нему прямо в администрацию, пытался попасть на личный прием, на официальные совещания мэрии по развитию ритуальной сферы Нижнего Новгорода. Исключение  – встреча в ресторане после «силового захвата», где они выпили и пытались разобраться, кто кому должен.

 — Сейчас, когда у Кондрашова уже нет медиахолдинга и возвращаться он не планирует, он уже вряд ли интересен кому-то в политическом смысле. Получается, это старое дело просто довели до конца?

 — Да, когда правоохранительная машина запущена, ее уже очень трудно остановить. Тем более что Привалов три года сидел в СИЗО. Когда человек годами сидит по обвинению в тяжком преступлении, судьям даже морально очень тяжело его оправдывать, признавать, что судебная система, которая его арестовала и каждый месяц продлевала ему сроки содержания в изоляторе, может ошибаться. Тут уже вопрос о виновности рассматривается под определенным углом. Реально, у нашей судебной системы присутствует такой вот обвинительный уклон. Тем более что дело громкое, интересантов всяких много было в свое время. Сейчас, когда уже и Кондрашова нет в Нижнем, и все политические баталии прошли, эта история подзабылась, она мало кому интересна. Но машина уже была запущена, то есть было возбуждено уголовное дело и человек оказался в СИЗО. Такое дело, по логике силовиков, обязательно должны были довести до суда, чтобы вынести по нему приговор.

Фото: https://twitter.com/ZercaloNN

0

Автор публикации

не в сети 17 минут

govoritNN

2
Комментарии: 0Публикации: 2616Регистрация: 04-09-2020