Сошествие Коли во ад: театр «Преображение» присматривается к пьесе «Там, где поют чекушки»

07.12.2025 8:24

В театре «Преображение» прошла читка пьесы «Там, где поют чекушки» Ивана Андреева – звезды новой драматургии и автора нескольких постановок МХТ им. Чехова. Предваряя действо, режиссёр Юрий Раменсков всячески скромничал, утверждая, что это ни в коем случае не так называемый читакль, то есть читка пьесы, сделанная специально для зрителей, а просто зачем-то вынесенный на публику рабочий момент. Однако же у корреспондента «Говорит Нижний» закралось подозрение, что режиссёр немного кокетничает, а сам для себя – и для театра – уже всё решил.

Начать с того, что традиционная театральная читка в 99 случаях из 100 происходит за столом, даже если это уже читакль, сделанный для публики. В случае с «Чекушками» в «Преображении» актеры, пусть и с распечатанным текстом в руках, вполне уверенно передвигались по сцене, использовали минималистичные декорации и даже пространство театра. Последнее однозначно можно отнести к удачным решениям: в эпизоде, где герой и героиня разговаривают через дверь, голос актрисы, вышедшей из зала, звучит настолько необычно, но при этом отчетливо, что у зрителей даже закралась мысль об использовании фонограммы. Однако же, по словам Юрия Раменскова, всё дело в акустике «сталинки», на первом этаже которой расположен театр.

Что до самой пьесы, то те, кто знаком с творчеством драматурга Ивана Андреева по сделавшей его знаменитым в театральных кругах пьесе «Боюсь стать Колей», будут приятно (или неприятно, нужное подчеркнуть) удивлены. История, начинающаяся как типичная разговорная комедия, очень быстро превращается в сюрреалистическое действо то ли о сошествии в ад, то или о границе между жизнью и смертью, одним словом – полный мрак. Не случайно Юрий Раменсков признаётся, что первой его ассоциацией после прочтения текста была поэма Венедикта Ерофеева «Москва – Петушки», благо часть действия происходит в электричке. Пьеса настолько под завязку забита узнаваемыми мифологическими символами – от птицы Сирин до клубка Ариадны, что в какой-то момент всё это буйство метафор и аллюзий оказывает обратный эффект и текст начинает казаться пустым и претенциозным.

Если вкратце, то «Мужичок» (так он обозначен в оригинальном тексте пьесы) встречает на автобусной остановке красивую «Девушку», и она оказывается его проводником чёрт знает куда. Короче, все умерли. Или ещё нет. Мужичок – типичная рохля и вообще, как сказали бы в русской классике, ничтожная личность. Типичный «Коля» из сделавшей знаменитым Андреева пьесы. Видимо, у автора с этим мужским типажом какие-то особые отношения, но оставим тему психоаналитикам. «Колю» очень узнаваемо и где-то даже виртуозно отыгрывает Станислав Фокин.

Юрий Раменсков чуть изменил текст пьесы, оставив вне сцены некоторые темы и мотивы. По его словам, это не окончательное решение – на то она и читка, чтобы пробовать и экспериментировать – и есть ощущение, что спектаклю эту пошло на пользу. Он также признался, что намеренно не стал форсировать комические моменты и превращать спектакль в то, что театралы называют «парадом аттракционов». Хотя соблазн, безусловно, был: остроумные диалоги – очевидно сильная сторона драматурга Ивана Андреева. Режиссёр также отметил, что он пытался передать ритм пьесы, где намеренно нарушено драматургическое правило, согласно которому каждое действие должно приводить к событию, то бишь, яркому сюжетному повороту. Получилось тем не менее ни разу не скучно. И главную интригу труппа «Преображения» всё-таки подвесила: во что в процессе репетиций превратится спектакль? Похоже, придётся идти на премьеру.