НЕЗАВИСИМОЕ ИНФОРМАЦИОННОЕ АГЕНТСТВО

“Мои университеты”: интервью с ректором НГПУ им. Козьмы Минина

Независимое информационное агентство "Говорит Нижний" начинает проект "Мои университеты", посвящённый работе вузов Нижнего Новгорода. 

Первый выпуск нашего цикла мы решили посвятить тем, кто не только занимается обучением будущих специалистов, но и развивает сферу образования не только в Нижнем Новгороде, но и в России. Речь идёт о специалистах Мининского университета.

Современный облик вековой традиции

Зайдя на официальную страницу Мининского университета, вы сразу же обнаружите, что перед вами вуз, как минимум идущий в ногу со временем: вы найдёте виртуальные экскурсии по всем корпусам, группы вуза во всех социальных сетях, множество полезных ссылок и функций. В общем всё, что радует глаз современного студента. Однако за современным видом скрывается история учебного заведения, которой уже более 100 лет.

Своё начало этот университет берёт  в далёком 1911 году, когда он представлял собой учительский институт, призванный обеспечить профессиональными педагогами Нижегородскую губернию. В отличие от многих учебных заведений, закрытых после революции 1917 года, Учительский институт продолжил свою работу, позже получив название Нижегородский педагогический институт им. Максима Горького, ну а в 1993 году получив и статус университета.

Свой современный вид НГПУ приобрёл в 2013 году, когда он прошёл очередную существенную реорганизацию и получил имя знаменитого нижегородца Козьмы Минина. Сейчас Мининский университет сочетает в себе не только все последние образовательные тенденции, но и педагогические традиции, которые этот вуз пронёс через весь XX век, продолжая выпускать профессиональных преподавателей, идущих работать в учебные заведения Нижнего Новгорода.

В этом выпуске мы пообщались с ректором Мининского университета Александром Фёдоровым, рассказавшим нам о том, какие задачи стоят как перед образовательными процессами, так и перед педагогами, обучающими подрастающее поколение в современных реалиях.

На фото: Александр Фёдоров. Доктор философских наук, профессор.

Ректор Мининского университета с 2012 года.

- Добрый день Александр Александрович. Сегодня нам хотелось бы поговорить о современном образовании. В течение нескольких поколений НГПУ занимался обучением педагогов в качестве основного направления. Скажите пожалуйста, с преобразованием его в  Мининский университет, направленность и цели вуза изменились?

– Напротив. В стране за последние 20-25 лет в сфере образования и социальной сфере вообще произошло множество событий, которые достаточно радикальным образом скорректировали то, что на данный момент представляет из себя образовательная система в РФ. Начиная с 90-х годов в стране наблюдался упадок образования, и то, к чему это пришло к 200 году можно смело назвать «образовательным произволом». Вузы бесконтрольно набирали себе студентов, так как для того, чтобы стать университетом, необходимо было иметь как минимум 11 укрупнённых групп. К счастью, сейчас это закончилось: шесть лет назад система наконец начала формировать иерархию: появились ведущие вузы, появились опорные региональные вузы. В 2013 году, став Мининским университетом, мы запустили принципиально новую стратегию развития, и вернулись к тому, чем на самом деле должен заниматься педагогический университет.

– А почему именно «Мининский университет»? С чем связан выбор названия,  почему бы не оставить просто «Педагогический»?

– Имя Минина, разумеется, было выбрано не случайно. Козьма Минин – это образ личности и профессионала, готового взять на себя ответственность не только за свою судьбу, но и за судьбы страны и людей, его окружающих. Это одна из главных миссий и функций современного педагогического образования: мы воспитываем в человеке не только профессионала, но и гражданина. Мы очень серьёзно относимся к тому, что учитель в школе – это крайне важный элемент для формирования не только взглядов детей, но и вообще управляемого, желаемого будущего.

– Это как-нибудь отражается на самой системе преподавания? Изменилось ли что-нибудь непосредственно в педагогическом процессе?

– В настоящий момент мы занимаемся трансформацией классических педагогических процессов, возвращая их в тот вид, который задумывался изначально. Одна из наших целей сейчас – изменить устоявшееся положение вещей: как мы знаем, в прошлом многие шли в Педагогический Университет отнюдь не для того, чтобы потом идти работать по специальности. В настоящий момент, наконец, возникла индустрия подготовки педагогов, на эту специальность есть действительный социальный запрос. Мы постепенно приходим к тому, что в глобальной практике называется «университеты образования».

– И как работает данная система?

– Университеты образования – это система, которая обеспечивает трансфер исследований и разработок, достижений экономики и промышленности, технологий в сферу образования на всех уровнях: от детских садов до высших учебных заведений. Это включает в себя множество исследований и разработок, помогающих сделать образование более современным, актуальным существующим реалиям. Сейчас мировое сообщество уже вошло в новую фазу, так называемую, Чётвёртую технологическую революцию: возникает множество новых специальностей, форм занятости, возникают новые профессии и исчезают старые. Всё меняется с головокружительной скоростью. Тем ребятам, которые сейчас выпускаются из вузов, придётся смириться с тем, что то образование, которое они получил, не единственное, а лишь одно из многих, которые им придётся получить, чтобы оставаться «на волне» в будущем. Образование сейчас становится делом всей жизни, и наша задача – обеспечить платформу, посредством которой люди могли бы получать необходимое им развитие. Мы называем это «Конфигруатор профессионального и личного успеха». В частности, это относится к формированию индивидуального образовательного маршрута на 5-9 лет, который мог бы привести человека к конкретной цели.

– В течение многих лет мы видели, как люди заканчивали Педагогический «для корочек». Мало кто из выпускников шёл работать по специальности. Как выглядит ситуация на сегодняшний день?

– Да, ситуация кардинально изменилась. Вы не поверите, но сейчас большая часть выпустившихся молодых людей действительно идёт работать в школы, обучать детей. Данная тенденция имеет место быть уже в течение последних пяти лет: с 2013 года число людей, идущих работать по специальности «педагог» выросло на 46%, и это очень хороший результат. Однако за это же время наметилась другая тенденция – специалисты средних лет (37-47 лет) уходят из школ. Это связано с разными факторами, и на первом месте здесь стоит отнюдь не уровень зарплаты. Скорее педагогов беспокоит вопрос персонального и профессионального роста, а также соотношение зарплаты и количества свободного времени. И по поводу двух этих тенденций самое важное понимать следующее: первая сама собой не закрепится, а вторая сама собой не исчезнет. Поэтому мы выступили инициаторами многоуровневой программы поддержки специалистов.

– Что она из себя представляет?

– В жизненном цикле профессии «учитель» есть четыре стадии: вход в профессию, закрепление в профессии, профессиональная зрелость и выход из профессии. Долгое время рассмотрением этих стадий и поддержкой педагогов никто не занимался. Так, к примеру, вопрос достойной отставки не рассматривался вообще. Сейчас же государство обращает на это внимание, вот уже несколько лет работает федеральная программа модернизации педагогического образования. Она работает весьма исправно: сейчас в стране уже нет такой острой нехватки педагогов, уходящие специалисты без задержек компенсируются вновь прибывшими. Однако вопрос входа в профессию всё ещё остаётся актуальным: насколько задержатся новые учителя?

– Так существуют какие-то программы, которые помогли бы молодому специалисту адаптироваться, и включают ли они в себя финансовую поддержку?

– Разумеется, в последние годы над этим ведётся активная работа. Так, сейчас в России действует многоуровневая система поддержки. Это достаточно сложно устроенный комплекс мер, который, кстати, разработан при участии сотрудников Мининского университета для федерального правительства. Первая из задач этого процесса, кстати, отнюдь не обеспечение высокой заработной платы с самого начала – к высокой зарплате, как и в любой сфере, надо стремиться. Гораздо важнее сформировать короткую карьерную линию: нужно, чтобы молодой специалист мог быстро и эффективно встроиться в систему карьерного роста так, чтобы за срок не более пяти лет получить высшую категорию учителя. Ну а следом за ней и существенный рост заработной платы. Ранее люди ждали этого лет по 15, работая на одном и том же месте. Согласитесь, за это время можно разочароваться в профессии окончательно, потому что изменений нет. Мы же предложили альтернативу: жёсткие обязательства и высокие стандарты, однако и быстрый карьерный рост с хорошими перспективами.

– Допустим, это весьма привлекательно для учителя в городе. Но есть же, к примеру, сельские школы, охотно ли туда идут молодые педагоги?

– В последние годы там также есть тенденция к улучшению. Была работавшая в течение пяти лет нижегородская программа, которая показала очень хороший результат: специалисту, готовому начать работу в сельской школе предоставлялась машина, квартира и минимальный гарантированный уровень зарплаты, который позволяет платить кредит и вполне нормально жить. Программа показала себя наилучшим образом и помогла решить вопрос комплектации учителями и врачами населённые пункты области. Сейчас также разрабатывается программа льготного ипотечного кредитования для молодых специалистов. Стартовать она должна в следующем году, и на мой взгляд она должна радикально изменить представление о том, что профессия учителя не престижна.

– Но ведь речь идёт не только о количестве, но и о качестве преподавания? Если человек идёт на такую работу только ради выгодного кредита, согласитесь, это тоже непорядок.

– Сейчас всё больше встаёт вопрос о качестве образования и его улучшении. Нет, его уровень не снизился, отнюдь, даже наметился некоторый рост. Но и здесь нужно учитывать кадровый вопрос, ведь качество образования на местах сильно зависит от самого учителя, от его уровня преподавания. Сейчас всё понемногу приходит к финской системе образования, которая считается одной из лучших в мире. Её смысл в том, что педагог, являясь высококлассным профессионалом, сам выстраивает образовательный процесс и работу с учениками, при этом обладая полной автономией – его никто не контролирует. Это даёт больший простор для индивидуальной реализации специалиста и в большинстве случаев улучшает качество преподавания.

– Ну а как, с другой стороны, можно проверить, смотря на выпускника, хороший это педагог или нет? Индивидуальное формирование программы обучения – большая ответственность.

– Да, определённо, нужно отказаться от иллюзий о том, что учителем может стать каждый. Это далеко не так, и эта сложная специальность подходит далеко не всем. Уже в феврале, в том числе и по нашей инициативе, вносятся изменения в 56 ст. Закона об образовании, это так называемая статья о целевом приёме. Более не будет системы поступления в вуз по чьей-то рекомендации, а обучающиеся педагоги после второго курса будут сдавать комплексный экзамен на готовность к профессии, который включает не только оценку фактических навыков, но и психологическое тестирование. В 2018 г. стартует федеральный пилотный  проект «Национальная система учительского роста», предполагающая введение учительских должностей – младшего учителя, старшего учителя, учителя-наставника и учителя методиста. Но это, разумеется, ещё только первые шаги. Сейчас стоит задача создать систему маршрутов профессионального развития педагога, которая приведет к новому фундаментальном у разделению педагогического труда и возникновению новых учительских профессий.

– Вы как раз затронули тему целевого приёма. Не секрет, что в последние годы сильно сократилось количество бюджетных мест в вузах, а поступить на платное очное финансово под силу не каждому. Скажите, эта тенденция изменится в будущем?

– Здесь ситуация неравновесная. Если мы говорим о поступлении в вуз, то да. Сейчас мы наблюдаем демографический рост и число детей, поступающих в школу в этом году разительно больше, чем пять лет назад. Так, например, в 2016 году в Нижегородской области из школ выпустилось 13 000 человек, а в школы пришли 33 000 первоклассников. То есть, грубо говоря, через 10 лет у нас уже будет 33 000 абитуриентов. Вообще, начиная с 2016 года за десять лет количество учеников в школах должно увеличиться в России на 6,5 миллионов человек. Следственно, потребуется и больше учителей. Очевидно, что квоты на бюджетные места при таком росте должны также расширяться. Вместе с этим число специалистов-педагогов средних лет у нас пока что не увеличивается, так что число бюджетных мест в магистратуре, вероятно, увеличиваться не будет.

– А на какие специальности в Мининском университете сейчас больше всего идёт людей?

– Здесь можно смело выделить топ-5 специальностей. Первое место – «лингвистическая педагогическая подготовка», наибольшим спросом пользуется английский + китайский. Отчасти это связано с дополнительными программами: на этой специальности есть возможность получить двойной диплом, а также на один год съездить в Китай. Второе направление, пользующееся существенным спросом – «история и обществознание». Спрос на него остаётся высоким в последние пять лет. Далее – «русский язык и литература», после неё «математика и прикладная информатика». Кстати, в последнем случае четыре года назад было существенное падение популярности, но сейчас ситуация выправилась. Замыкает этот рейтинг «физическая культура и ОБЖ», где также есть двойной бакалавриат.

– Но с чем связан такой интерес к гуманитарным специальностям? Ведь если посмотреть статистику, больше всех сейчас зарабатывают представители IT-сферы.

– На самом деле судьба этих направлений, как и зарплат специалистов не вызывает серьёзного беспокойства. Во-первых, профессиональный спрос на них был всегда, а во-вторых он будет только расти в будущем. Во вторых, есть любопытная социальная тенденция: в большинстве своём эти специальности комплектуются девушками, их там 90%, а мужчины, работающие в частности учителями русского языка и литературы, очень часто достигают высокого положения. Так сложилось, что руководство школ всеми силами старается  поддерживать мужчин-преподавателей из-за их небольшой численности. Так что перспективы, определённо, есть.

– А каковы вообще сейчас гендерные пропорции среди студентов в Мининском университете?

– Традиционно поступает всё ещё больше девушек, однако эта тенденция меняется, что не может не радовать: общественный стереотип о том, что учитель – женская профессия, начинает потихоньку распадаться. Так, сейчас у нас поступает в среднем 70% девушек и 30% юношей, хотя ещё несколько лет назад соотношение было 80%/20%. Это хороший показатель. Здесь же, кстати, стоит отметить, что есть типично «мужские» факультеты, где количество юношей преобладает: это «математика и информатика» и «история и обществознание».

– Также мы хотели спросить, как сейчас обстоят дела с общественной жизнью молодёжи?

– Да, работа со студенческими объединениями – это также та сфера, на которую сейчас направлено пристальное внимание, и, более того, она имеет существенную поддержку. Например, в Мининском университете сейчас официально работают 48 студенческих объединений и все они были профинансированы либо за счёт ресурсов вуза, либо за счёт федеральных программ.  Также мы очень хорошо работаем в составе молодёжного парламента при городской думе и от этой деятельности также есть реальные результаты. Могу сказать без преувеличения, что более 50% учащихся на очном отделении в нашем университете сейчас задействованы в тех или иных студенческих организациях. Так, например, недавно мы открыли пятый студенческий отряд, куда вошли ребята, желающие заниматься правоохранительной  деятельностью по направлению защиты детства, профилактики насилия над детьми и работы с трудными подростками.

– В таком случае не может не последовать скользкий вопрос относительно политических взглядов студентов. Нередко мы получаем сообщения о том, что студенты тех или иных вузов подвергаются своего рода репрессиям за участие в несанкционированных митингах.  Характерно ли это для вашего вуза и как вы к этому относитесь?

– Здесь нужно понимать грань. Почему бы не ходить на митинги, если они разрешены? Это проявление гражданской позиции, а формируется она, в том числе, путём проб и ошибок. Всё-таки без учёта мнения молодёжи формировать представление о будущем страны достаточно сложно. Другое дело, когда речь идёт о несанкционированных митингах. Мы не приветствуем, когда наших студентов кто-то куда-то тянет, но, нужно отметить, что мы и не фиксируем какого-то большого количества молодых людей, связанных с несистемной оппозицией в стенах вуза. На последнем, к примеру, так и не состоявшемся митинге наших ребят ни одного не было. Вопрос здесь скорее стоит в чисто человеческом отношении и ответственности за студента, как преподавателей, так и руководства. Силовые структуры никогда не предъявляли к нам никаких претензий, если наших студентов обнаруживали на несанкционированных митингах. Просто мы стараемся дать нашим ученикам траекторию, нацеленную на успех и персональное развитие, а не на столкновение с органами власти. Сказать, что мы встанем стеной, если кто-то из студентов заявит о своём решении стать часть несистемной оппозиции – нет. Но мы всё-таки постараемся донести своё мнение о том, как должно складываться отношение к политической власти и какую ответственность несет будущий педагог за судьбу страны.

Комментариев еще нет.

Оставить комментарий